Николай Сальников: сказки нового столетия

О преображении сказок и их истории рассказал для неширокой аудитории в гостинице «Северный цветок» поэт и писатель Николай Сальников.

История сказочного мира настолько обширна, поэтому мы лично поговорили с писателем о его творческом пути в роли сказочника. А также разобрали, насколько важны сказки сейчас.

Фото Ю. Звягина

Почему Вы решили писать сказки?

– Произошло это случайно. Мама начала рассказывать мне, что, когда она была беременна, бабушка рассказывала ей сказки, как в детстве. Те сказки никто не записал, что было жаль. Мама озвучила хорошую мысль, которая надолго застряла у меня в голове: «А почему ты сам не пишешь сказки?». Через пару дней я был в гостях у знакомых, где также были дети, и предложил написать для них сказку. Так все и началось – за одной сказкой, последовала другая… Я начал вспоминать сказки, которые мне рассказывала бабушка. Конечно, полностью историю помнил, поэтому компилировал со своими идеями.


Какая аудитория у ваших сказок?

– Это взрослые и дети, но точно не совсем малыши. Для детей двух-пяти лет сказки я не пишу – для такого творчества нужен особый дар. Моя же аудитория чуть постарше, способная осмыслять то, что я хочу донести до читателей.


У Вас есть стихотворение «Сказка про Любовь». Почему Вы не продолжали писать в таком формате?

– У меня много сказок написано в стихах. Однако, я считаю, что для каждого «продукта» должна быть своя «упаковка». У писателя есть различный инструментарий, автор сам определяет, как лучше подать ту или иную историю: в прозе или в лирике. На мой взгляд, сказки должны существовать в прозе. Но даже в самом повествование я создаю некий ритм. Подобный способ позволяет читателю воображать задуманное и воспринимать прочитанное лучше.

Фото с https://t.me/nikolai_salnikov1

В Ваших сказках присутствует прямая речь автора и открытая мораль в финале. Почему Вы не хотите скрыть этот прием?

– В целом, человечестве тупеет, глубоко спрятанные моральные корни люди попросту не увидят. Мне же хочется, чтобы большая часть точно поняла мою задумку. К тому же, я не особо отхожу от клише сказок. Как все знают в таких работах бывают присказки по типу: «Я там был, мед пиво пил», – как яркая концовка произведения. Я лишь приоткрываю завесу этой присказки. А прямая речь позволяет мне в полной мере ощущать себя рассказчиком, быть внутри истории. Бывают случаи, что я не пишу сказки, а придумываю их на ходу – перенося их на бумагу, авторская речь также остается, как вклад в повествование. Однако, если когда-нибудь захочу издаваться, то при легкой редактуре все это можно убрать.


Какую роль сказки играют в современном мире?

– Я думаю, что важную. Множество старых сказок сейчас можно не найти в книжных магазинах – они все на руках. Родители все также продолжают читать сказки своим детям. Это развивает молодое поколение в творческом и умственном плане. Ведь в сказках есть все базовые ценности, которые учат детей поступать правильно и честно. Остальное – задача родителей: показать пример своими честными и искренними поступками.


Должны ли сказки изменить свой облик для нового поколения детей?

– Они меняются. Да и нужно понимать, что нынешнее поколение бывает разным. Есть те, кто сидят безвылазно в гаджетах, а есть и дети, читающие различную литературу. Именно для последних создаются новые сказки.

Фото с https://t.me/nikolai_salnikov1

Есть ли сейчас сказочники?

– Присутствуют, сейчас сказок очень много. Они трансформируются, появляются новые герои, у автора совсем другой инструментарий для реализации своей задумки. Графоманы тоже есть, но виной этому правила издательств, которые могут позволить тираж той или иной книги за определенную денежную сумму.


Что могут дать сказки, пропитанные жестокостью?

– Здесь нужно разделяться европейские сказки, где фактически ужас на ужасе, и русские. В славянских сказках нет ничего особо жестокого. Есть, например, образ Бабы Яги, которой пугали часто детей. Однако, если посмотреть на нее с точки зрения взрослого человека, то в переводе с санскрита «Бабос» – святой, «Яг» – человек отшельник. Она – некий пограничный персонаж, выполняющая фикцию проводника из «яви» в «навь» для героя. Персонаж после помощи Бабы Яги преображается, решает все трудности. То есть становится лучшей версией себя.


А как же образ Бабы Яги, которая хочет съесть детей?

– Было и такое, ее часто демонизируют, создавая все более и более ужасающего персонажа. Но, например, ее метод «приготовить» детей в печи берет свои корни из народной традиции. Так делали раньше знахарки – недоношенных детей они заворачивали в тесто и грели на печи, чтобы он «созрел». Да, многие погибали, кто–то выживал, но это всего лишь традиция, которая с веками приобрела такой неоднозначный характер.


В моем детстве на одной из кассет была сказка Андерсена «Девочка со спичками». Не могли бы Вы разобрать смысл этой работы, и насколько она благоприятна для неокрепшей психики детей?

– Сказки Андерсона – это как отдельный мир. Человек был неврастеником, жил в одиночестве, как известно по скудным данным о его жизни. Дания 30–40 годов 19 века, когда был творческий пик автора, представляла собою нестабильную страну. Частые смерти, бедность, безработица, политические проволочки, все государство было подвержено немецкому влиянию. Наблюдая все это, Андерсен писал именно о такой стране с ее героями, а именно – о бедных детях. В «Девочке со спичками» финал сказки – это не что–то трагичное, а счастливый финал для бедного ребенка. Она зажигала спички, грелась, видела другую жизнь, а после ее забирает бабушка на небо. Бабушка здесь, как некий проводник в лучший мир. Ведь, если бы героиня пришла домой, то ее ожидали бы побои за то, что она так бессмысленно истратила коробок спичек, не продав его. В то время смерть воспринималась гораздо проще – она была повсеместной – нежели сейчас. Можно сказать, что Андерсен освободил девушку от страданий, и для нее этот хороший конец.


Но дети сейчас не смогут понять эту сказку в полной мере?

– Безусловно, но для нынешних детей многие сказки странные. Сейчас из школы выходят крайне недалекие люди. Многие имеют образование, но духовно не образованы. А многие, наоборот, не имею высшего образование, но знают больше. Из школ выходят единицы, с кем можно поговорить. Это проблема школ – детям запрещают задавать вопросы. Возможно, если бы образование изменилось, такие сказки люди смогли увидеть в верном ключе.


Во всех ли сказках должен присутствовать глубинный смысл, затрагивающий даже взрослого человека?

– Это и есть глубинный смысл. Пример добра сам по себе является важным. Протяни руку ближнему – это важный пример человечности. Не надо ничего усложнять. Прятать важные детали не имеет смысла.


Можно построить свою известность на сказках сейчас?

– Лично я не хочу быть известным, у меня совсем другие приоритеты – достучаться до людей. Да, хотелось бы запомнится как поэт или писатель, но мне просто нравится заниматься всем так, как я сейчас занимаюсь.

Фото с https://vk.com/nikolai_salnikov

Хотелось бы вам издать свою книгу?

– Выпустить в тираж свою книгу – это определенный рубеж, о котором я еще не задумывался. Но сейчас уверен, что издаваться за свои деньги не хочу. Лучший вариант на данный момент – продвижение себя в социальных сетях, например, «Яндекс.Дзен», где меня достаточно хорошо читают.